В детстве я любил играть на улице. Однажды залез на высоковольтный столб и ухватился за электрический провод. Помню, как ток вошёл через одну руку и вышел через другую. Мне тогда было 14 лет, дело было в молдавском селе.
Врачи надеялись, что обойдётся удалением обгоревшей плоти — ткани на руках были слишком сильно повреждены. Но быстро стало понятно, что ниже локтей сохранять нечего. К ампутации меня никто не готовил. Как потом объяснили — чтобы не волновать.
Когда проснулся после операции, одной руки уже не было. Не знаю, как описать это чувство. Безнадёжность, беспомощность… Я был обычным подростком: ходил на дискотеки, уже начал проявлять симпатию к барышням. И вдруг остался без руки. К тому же в месте, где все в основном заняты физическим трудом.
Совсем скоро ампутировали вторую руку.
Хотя физической боли почти не было, моральная боль была ужасной. Я погрузился в глубокую депрессию. Казалось, моя жизнь ничего не стоит. Окружающие смотрели с жалостью, деревенские старушки восклицали: «Ой, бедненький, как же он живёт!» Никто не хотел лишний раз тревожить, сверстники никуда не звали. Даже мама…
В 18 лет я попытался покончить с собой.
Потом всё же появились новые друзья, жизнь начала меняться. Они говорили, что даже без рук я лучше всех. Благодаря друзьям я вновь стал интересоваться миром.
Когда нам было по 20, мы все вместе переехали в Россию, в Волгоград. Я поступил в вуз, начал изучать психологию — там, понятно, нужно было в основном разговаривать. Диплом получал уже в Москве, но по специальности никогда не работал. Первые несколько лет пришлось бы практиковать за 25 000 рублей в месяц. Существовать на такую зарплату в Москве, снимая квартиру, вряд ли возможно. Работал оператором колл-центра, курьером.
Всё было довольно безрадостно, но вдруг моя жизнь в очередной раз резко изменилась.
